Суббота, 22 сентября 2018
22:30

Кавказ заплатил за свободу кровью журналистов. А теперь убегает от властей в Instagram и Telegram

Сохранились ли на Кавказе независимые СМИ, способные определять политическую повестку своих республик?
Амина Сулейманова
Кавказ заплатил за свободу кровью журналистов. А теперь убегает от властей в Instagram и Telegram
Справа убитый в Дагестане учредитель независимой газеты "Черновик" Хаджимурад Камалов. Коллаж: On Kavkaz

Северный Кавказ все постсоветские годы отличался от остальных регионов России большей свободой для независимых СМИ. Однако в последние годы ситуация с развитием информационного поля стремительно ухудшается.

Более широкие свободы для независимых от власти СМИ на Кавказе, зачастую, были связаны с большим количеством политических группировок, борющихся за власть в каждой республике Северного Кавказа. И каждый влиятельный политик или клан понимали, что без собственных СМИ им в политической борьбе не одержать верх.

Находились, конечно же, и отчаянные меценаты, которые десятилетиями вкладывались в развитие независимых СМИ, без претензий на участие в политической борьбе. В этом отношении лидером Кавказа в количестве и качестве независимых СМИ являлся и до сих пор является, конечно же, Дагестан. Как самая крупная республика с самым высоким уровнем политической конкуренции.

Такие независимые от власти газеты, как «Новое дело» и «Черновик» не просто вошли в историю постсоветского Дагестана, но и кровью своих убитых журналистов заработали себе право считаться одними из самых влиятельных и мужественных политических команд, задающих высокие стандарты всему гражданскому сообществу республики.

Такие имена, как Хаджимурад Камалов и Ахмаднаби Ахмаднабиев стали примерами журналистской стойкости и принципиальности для всего Кавказа и России. Именно на период их работы пришелся расцвет и пик влиятельности независимых от власти СМИ в определении политической и общественной повестки республики.

Однако с тех пор ситуация изменилась весьма ощутимо. Причем не только в Дагестане, но и по всему Кавказу. СМИ задыхаются от недостатка финансирования и давления региональных властей. Оттого сегодня мы хотим понять, как себя чувствуют независимые издания в республиках Кавказа? И сохранились ли они вообще?

Изабелла Евлоева, журналист, Ингушетия

Ни для кого не секрет, что ситуация со свободой слова и независимостью СМИ, не только в регионах Северного Кавказа, но и в целом по стране, довольно сложная. Тут надо понимать, что имеется в виду под независимостью. Если независимость от государства, то таких СМИ в республике нет.

И понятно, что подконтрольные властям СМИ подвержены влиянию и цензуре правительства. С другой стороны, наличие интернета позволяет практически любое событие отследить в полной мере, что называется "онлайн”, а пользователям соцсетей комментировать это событие.

И с этой точки зрения интернет и социальные сети являются своеобразным рупором и отдушиной. Тем более, что общество в Ингушетии довольно демократичное и оно не боится высказывать свое мнение. Но в последнее время  настроение властей страны сделать интернет подконтрольным, лично у меня вызывает тревогу и опасения.

СМИ в республике не так много и существующие, к сожалению, мало влияют на политическую повестку в Ингушетии, отчасти, по обозначенным выше причинам. С другой стороны, в Ингушетии хороший контакт власти в лице Евкурова и общества -  это касается и общественных организаций, и отдельных активистов, и жителей в целом.

Особенно явно это прослеживается по сравнению с другими регионами Северного Кавказа, когда имеют место случаи давления властей на общественных активистов и даже их незаконное задержание.

Журналист, Карачаево-Черкесия

Говорить о влиятельности независимых от руководства республики СМИ не приходится. Есть 2-3 интернет-издания, за которыми стоят два оппозиционных политика. Это «КЧР - Информ» сенатора Рауфа Арашукова и «Политика09» главы регионального отделения коммунистов России, скандального политика Эдуарда Маршанкулова.

Сказать, что эти издания или несколько журналистов, которые там работают, каким-то образом влияют или определяют политическую повестку в республике, не приходится. Учитывая это, республиканские власти смотрят на них сквозь пальцы, никто никого не преследует, да и собственно не мешает работать.

Говоря о независимых СМИ нельзя не упомянуть YouTube-канал «Чёрный куб». В сети строили много догадок, кто стоит за ребятами, но пока ни одна версия не подтвердилась. Пожалуй, это один из немногих независимых источников информации наряду с сетевыми пабликами Конгресса карачаевского народа.

Можно также отметить работу набирающих популярность неформальных СМИ – Telegram-каналов. Вся оппозиционная полемика в республике плавно перетекла, как и по всей стране в социальные сети и Telegram-каналы.

Хаджимурад Хакуашев, председатель совета Общественной организации «Республика-общее дело», Кабардино-Балкария

Независимые СМИ могут быть лишь там, где за иное мнение не будет давления или пули. В памяти жителей республики глубоко засели многочисленные КТО в разных районах, люди только теперь начинают свободно высказываться.

В КБР-сегменте интернета существует несколько страниц в сетиFacebook и Instagram, где проходит обсуждение злободневных тем. Но можно ли их считать полноценными СМИ? Ведь там редко публикуются профессиональные журналисты.

Из печатных СМИ можно назвать лишь «Газету Юга», но ее тираж тоже никак не способен влиять на политическую повестку. Остальные СМИ, как им и полагается, несут информацию не противоречащую «основной линии партии».

Хаджимурад Сагитов, главный редактор газеты «Новое дело», Дагестан

У  негосударственных СМИ есть финансовые сложности, если у них нет спонсора или они не поддерживаются иностранными грантами. Дагестанские СМИ до сих пор находились на самообеспечении, но с большими трудностями. С финансовой самостоятельностью с каждым разом становится сложнее.

Есть риск, что Дагестан может потерять негосударственные СМИ, которые на протяжении долгого времени помогало держать баланс между властью и обществом. Негосударственные СМИ являлись последней точкой до того как человек пойдет в лес, на площадь или перекрывать дорогу.

Когда люди здесь не находят решения своего вопроса, то они идут на более серьезные акции.  Да, независимые дагестанские СМИ имеют какое-то влияние на происходящие политические процессы в республике. Но говорить о том, что они определяют политическую повестку республики, наверное, слишком громко.

Основная сложность – нежелание властей взаимодействовать с негосударственными СМИ. Чиновники не умеют этого делать. Они вообще не рассматривают СМИ как какой-то институт, с которым надо считаться. Оттого представители властей от негосударственных СМИ пытаются отстраниться как можно дальше.

Для независимых СМИ получение информации от госструктур – одна из проблем. Другая проблема – финансовая. Со стороны госструктур давления на независимые СМИ сегодня нет. Были такие попытки со стороны прокуратуры, МВД. Рамазан Абдулатипов в свое время делал все возможное, чтобы ухудшить нашу финансовую ситуацию. Даже жаловался московским чиновникам с предложением закрыть независимые газеты.

Заур Фарниев, главный редактор портала «Абон», Северная Осетия

В Северной Осетии независимых СМИ нет. Потому что с приходом к власти Вячеслава Битарова и его команды подавили даже ростки свободы слова, которая была в республике. При предыдущей власти давления на условно оппозиционные СМИ, как сейчас не было. Сейчас независимые СМИ как клеймо, не очень модно.

Из независимых могу назвать только портал «Абон». Раньше был «Алания 24», но уже долгое время практически перестал функционировать, к сожалению, а ее идеологи и главный редактор Мадина Сагеева пишет у себя на канале в яндексе или в телеграмме.

Но ни «Абон», ни кто другой не может определять политическую повестку в республике. Потому что в республике отсутствует не только независимые СМИ, но и политика. Есть непонятно что, которые некоторые считают политикой.

Но еще остались независимые журналисты, которые сталкиваются с давлением, угрозами. Помимо этого есть негатив от общественности. Она привыкла к патерналистскому видению мира, ей кажется, что те, кто против власти – это изгои.  Ситуация в последние месяцы выправляется.

Те, кто был негативно к нам настроен, стали понимать, что без таких СМИ, когда нет никакого рупора, где можно рассказать о своей проблеме, в республике будет трудно жить. Кроме того, финансовые трудности, поскольку рекламодателям, которые хотят с нами работать, приходят убедительные рекомендации из «Серого дома», чтобы они этого не делали. Но в то же время есть люди, которые готовы с нами работать, и мы им за это благодарны.

Журналист, Чечня

В современной Чечне много средств массовой информации. Это и печатные СМИ, и интернет-сайты и даже новые паблики в социальных сетях. Все эти СМИ поддерживают политику главы республики Рамзана Кадырова и курс руководства страны. Все, кто с этим курсом не согласны, уже давно убежали из страны.

Сулиета Кусова-Чухо, руководитель Центра этнопроблематики в СМИ при Союзе журналистов России, Адыгея

В Адыгее практически нет независимой прессы, есть официальная газета «Советская Адыгея» и телевидение. После увольнения из газеты двух профессионалов – В. Кондратенко и А. Пренко, туда пришли дилетанты, к тому же очень послушные.

Предыдущая команда, несмотря на жесткий политический режим, умудрялась делать социальную газету, обращалась к реальным проблемам социума. Сейчас газета серая, бездарная, ни о чем не говорящая. Телевидение такое же. Адыгея самая кастрированная в медийном плане республика, несмотря на близость к Краснодару, где рынок СМИ развит.

Отсутствие профессиональной независимой прессы – типичная ситуация для республик Северного Кавказа. Чеченская Республика заслуживает отдельного обсуждения. По наличию независимых СМИ лидирует Дагестан, все надежды на него. При той драматической ситуации с гибелью журналистов, рынок СМИ все еще дышит.

Наверное, его подпитывает дагестанское пассионарное общество, требующее правды и серьезного разговора. Дагестан – это единственная республика, где полноценно существует Союз журналистов, как профессиональное сообщество.

В регионе нет диалога общества с властью, обсуждения злободневных проблем, когда на кону стоит наше выживание в глобальном мире. Ведь такие локальные традиционные культуры может легко сдуть ветром,  глобализации нужно искать такую мощную защиту, а мы все политиканствуем и ведем «пустые хабары».

Замалчивается кровоточащая проблема – ситуация с молодежью в контексте борьбы с терроризмом, когда практически идет «охота на ведьм». Северный Кавказ – стратегический регион, поэтому здесь нужны особые усилия федеральной власти к развитию свободной прессы.

Именно через такие СМИ можно понять, что происходит в регионе. Вместо этого создаются симулякры, проводятся какие-то странные медиафорумы, создаются медиасообщества, одним словом, идет имитация деятельности.

Каждый новый полпред начинает создавать экспертное сообщество, как будто пришел в джунгли, где племя ням-ням ело бананы… Ситуация грустная. Можно запретить говорить, но нельзя запретить думать, а северокавказское общество думает и в каждой республике по-своему. Когда нет нормального диалога власти с народом, тогда это выливается в религиозные, этнические, политические протесты. То, о чем не говорят в СМИ, обсуждают на кухне. Чем это закончилось в СССР – известно.

Странная складывается ситуация, президент страны Владимир Путин может выдержать критику в свой адрес, а наши удельные князья не желают смотреть на себя в зеркало прессы. Они под корень уничтожают всякую здоровую критику. У нас очень обидчивые лидеры. Почему это происходит? Этот вопрос стоит задать серьезным людям в Москве, отвечающим за информационную политику.

В связи с этим возникает понятие «информационная безопасность», которая невозможна без свободной прессы. В ситуации, когда общественное недовольство загоняют вовнутрь, не зная, что происходит в умах, то как нейтрализовать его последствия?! Как гласит восточная мудрость, если вы закрыли все окна и двери, чтобы в дом не проникло заблуждение, то как же туда войдет Истина?


22:30
1635