Пятница, 20 апреля 2018

«Мне казалось, что на улице никого не осталось с руками и ногами». Известный хирург Хасан Баиев об операциях под бомбежками, жизни в Америке и возвращении в Чечню

«Мне казалось, что на улице никого не осталось с руками и ногами». Известный хирург Хасан Баиев об операциях под бомбежками, жизни в Америке и возвращении в Чечню

Хасан Баиев – чеченский хирург, обладатель международной премии «Врач мира», под бомбежками оперировавший как чеченских боевиков, так и российских военнослужащих, был приговорен к смерти конфликтующими сторонами. В 2000 году в тяжелом психологическом состоянии правозащитники вывезли Баиева в Америку, где он подтвердил диплом врача и начал блестящую карьеру пластического хирурга. В США он воплотил в жизнь и свою давнюю спортивную мечту – Хасан стал чемпионом страны по самбо, а также по боям без правил. После 15 лет благополучной жизни в Америке он все-таки решил вернуться в разрушенную двумя войнами Чеченскую Республику, и с тех пор проводит там большую часть времени, оперируя детей с врожденными аномалиями лица со всего Кавказа, городов России и стран СНГ. А еще он проводил бесплатные операции детям из Цхинвали. Сегодня Хасан – гость нашей программы.

Амина Умарова: Хасан, вы сейчас находитесь дома, в Бостоне, и следующий этап операции в Грозном запланирован на май. А пока в Америке у вас намечены встречи, разные события, и одно из таких мероприятий запланировано в Гарвардском университете – вместе с американским писателем Энтони Марра вас пригласили на встречу со студентами престижнейшего университета. Тема встречи – «Оставаться человеком на войне». Казалось бы, война на востоке Украины, в Сирии и гонения на мусульман в Мьянме сильно вытеснили чеченскую тему. Как проходят такие встречи, о чем вас спрашивают студенты?

Хасан Баиев: Сегодня мы знаем, что по всему миру очень много горячих точек, и это действительно глобальная проблема, умирают абсолютно ни в чем неповинные люди – женщины, старики. Особенно в последнее время мы видим в новостях ужасные картины – погибают абсолютно ни в чем неповинные дети. Но то, что меня приглашают, – человека, который находился в зоне конфликта, как мне приходилось выживать, какой это дает эффект… Те студенты, которые приходят на встречи или лекции, прочли мою книгу, где я описываю в деталях, как надо себя вести в зоне конфликта, как доктор должен соблюдать клятву Гиппократа. Многих интересует, как я выживал, как мне удавалось между воюющими сторонами сохранить жизнь и безопасность моих коллег.

Амина Умарова: Вы прошли через первую чеченскую и начало второй войны, видели и продолжаете наблюдать ее страшные результаты. Скажите, как оставаться человеком на войне и какие качества необходимы, чтобы не потерять человеческий облик?

Хасан Баиев: Война – это страшная вещь. Знаете, война на каждого влияет по-разному. Очень трудно предсказать, как психика будет себя вести на войне. То, что я наблюдал во время войны, те, о ком ты думал, что они никогда не способны на жестокость, становились жестокими, а те, о ком ты думал, что они способны на жестокость, становились добрее. В мирное время он абсолютно другой человек. Мы видели много репортажей в Америке о тех, кто побывал в Афганистане, Ираке, где проявляли страшную жестокость, убивая мирных жителей, и когда берут интервью у соседей-американцев, которые проживали по соседству, они говорили: «Мы от него не ожидали такого, потому что он приветливый, очень гостеприимный» – всегда давали очень хорошую характеристику. Это говорит о том, что на войне психика ведет себя совсем по-другому.

Амина Умарова: Вас в достаточно тяжелом психологическом состоянии правозащитники перевезли в Америку. Что вам помогло прийти в себя?

Хасан Баиев: Скажем так: шесть лет находиться в этой мясорубке, если ты даже доктор, как бы ты себя психологически не настроил, человек тоже ломается. Это был конвейер, где круглые сутки возили раненых с изуродованными телами, оторванными конечностями – детей, женщин, стариков. Привозили русских солдат, офицеров, а также чеченских ополченцев. Каждый день слышать эти стоны, крики, видеть оторванные конечности было очень тяжело. Были моменты, когда я неделями не выходил из госпиталя, и мне казалось, что на улице никого не осталось с руками и ногами. В 2000 году Human Rights Watch, Amnesty International и Physicians for Human Rights предложили мне: «Чем мы можем тебе помочь», и я сказал: «Знаете, я как доктор прекрасно понимаю, что ждет меня впереди, я бы хотел в Америке пройти реабилитацию». Привезли меня в Америку, и в течение шести месяцев я проходил реабилитацию в Вашингтоне, где работали самые лучшие специалисты, которые меня выводили из этого состояния. Конечно, я им очень благодарен.

Амина Умарова: А когда вы решили вернуться в Чечню, чтобы помогать детям?

Хасан Баиев: Вообще, первая моя поездка была в Россию, в Таганрог, в рамках программы Operation Smile. Я поехал с моими коллегами – пластическими хирургами, чтобы принять участие в благотворительной акции. Я увидел, что нет детей из Чечни. Тогда директором российского офиса организации была Аннели Нерман, и я ей сказал, что уверен в очень плачевном состоянии детей в Чечне, и я бы хотел в Чечню, и привезти в первую очередь детей-сирот и из малоимущих семей. Она дала мне добро, и я поехал, отобрал двадцать детей, но их было тысячи. Я помню, оцепили милицией всю больницу, настолько было много детей. Я нанял автобус, привез этих детей в Таганрог и, прооперировав, отвез обратно в Чечню. И тогда я понял, что нужно привозить моих коллег непосредственно в Чечню и помогать этим детям на месте. С 2008 года каждый год я провожу эти акции в Чечне, и мы оперируем детей не только из Чечни, но и со всего Северного Кавказа, России и стран СНГ.

Амина Умарова: Вы привозите в Чеченскую Республику врачей-хирургов со всего мира. Чем вы их мотивируете, что они, используя свой личный отпуск, приезжают в Грозный – в город, который многие министерства иностранных дел не рекомендуют к посещению, и он считается небезопасным?

Хасан Баиев: Была ситуация, когда осенью была серия терактов в Грозном, по-моему, в 2010 году, и буквально за неделю до нашего приезда произошли эти теракты. Специалисты из команды, которую я подготовил, испугались, кто-то начал отказываться, но директор пластического центра детской больницы Бостона Джон Миро сказал: «Я хорошо знаю доктора Баиева, я ему верю, и если бы не было гарантии того, что мы будем в безопасности, я бы туда не поехал. Я поеду, а вы решайте за себя». И тогда те сказали: «Ну, раз ты едешь, тогда мы тоже поедем». Они поехали всей командой. Никакой угрозы там не было, были созданы все условия. Конечно, эти люди берут отпуск, но я не хочу сказать, что я такой великий – нет, абсолютно, но это, конечно, мое имя. Многих из этих докторов я не знаю, но они, когда пишут, что доктор Баиев организует поездку в Чечню с благотворительной акцией, они говорят: «Ой, я читал эту книгу, я хочу с ним познакомиться, я обязательно поеду». И каждый раз тех, кто приезжает, я, в принципе, не знаю, но они приезжают, мы на месте знакомимся, вместе работаем, и эти связи расширяются. Из тех, кто побывал в Чечне, поверьте, не было такого, чтобы кто-то отказывался и не захотел приехать в Чечню.

Амина Умарова: Ну вот, вы проводите очень много операций. Остается ли у них время, чтобы посмотреть на эту республику?

Хасан Баиев: Естественно, людей, которые с утра допоздна находятся в операционных, без внимания не оставляют. После этих операций мы обычно даем возможность отдохнуть пару дней, чтобы они увидели город, республику, ну и, конечно, в первую очередь планируем поездку в горы. Я всегда говорю: чтобы реально увидеть Чечню, надо поехать в горы – они остаются под впечатлением этой природы, гор. Мы им показываем наши старые башни. То, что связано с едой, конечно, они облизывают пальчики – у нас народ гостеприимный, мы хотим угодить. Как они говорят, «чувствуется, что еда у вас натуральная», и поэтому обожают нашу кавказскую кухню.

Амина Умарова: Вы провели очень много сложных челюстно-лицевых операций и внедряете новые хирургические методы – сами, за свой счет ездите в передовые клиники мира для повышения квалификации. Вы как-то суммируете свои новые познания в плане научной работы? Может быть, готовитесь писать диссертацию или книгу?

Хасан Баиев: Я очень много поездил по всему миру. Мы учимся друг у друга новым методам, технологиям. Наукой я не занимаюсь. Еще в 90-е годы, когда я учился в Москве в аспирантуре, мне за то, что я чеченец, не давали заниматься наукой, всячески этому препятствовали. Конечно, сегодня мне предлагают заниматься наукой, защитить кандидатскую и докторскую, я им говорю: «Когда я хотел заниматься наукой, когда был молодой и было огромное желание, вы мне не дали из-за моей национальности, а сегодня я не хочу этим заниматься, потому что, во-первых, возраст, и, во-вторых, уже интерес к науке у меня пропал». Я передаю свои знания молодым докторам, рассказываю, показываю. Моя цель – учить молодых докторов, чтобы они продолжали мое дело.

Амина Умарова: Хасан, вы уже побывали в Южной Осетии и в Беслане, где отбирали детей для операций, и почему-то у вас такой принцип - проводить операции только в Грозном…

Хасан Баиев: Во-первых, у меня на самом деле условия очень хорошие. Когда говорят: «у нас очень хорошие условия, приезжайте», и я еду, все равно не те инструменты, не та обстановка – это тоже очень сильно влияет, поэтому, конечно, я люблю работать со своей бригадой, которая знает мой характер и все организовано до мелочей. Где ты привыкаешь, и стены помогают. Я ездил, отбирал детей Беслана, которые пострадали во время терактов, их привезли в Чечню, там их всех прооперировали, и по сегодняшний день я им продолжаю помогать. В Цхинвали я ездил, отбирал детей с врожденной аномалией – они приезжали в Грозный, и я практически всех их прооперировал. Без внимания, конечно, никого мы не оставляем. Приезжают из других республик и со всей России, СНГ, из разных фондов обращаются. Я всегда говорю: «купите билет, отправьте до Грозного», а питание, жилье, операция, послеоперационная реабилитация – все я беру на себя, лишь бы они доехали до Чечни, потому что дети – это дети и, как говорится, чужих детей не бывает.

Амина Умарова: Вы говорили, что вас приглашают в Тбилиси…

Хасан Баиев: На самом деле, я очень хочу поехать в Тбилиси, потому что все приезжают оттуда с очень хорошими впечатлениями, очень гостеприимный, хлебосольный народ – это наш братский народ, нас связывает история. В самое трудное время они помогли тысячам наших беженцев, и этого нельзя никогда забывать. Конечно, моя мечта – поехать в Грузию, увидеть ее своими глазами. Я там никогда не был, но если меня пригласят, конечно же, я с удовольствием хотел бы поехать – оперировать детей из малоимущих семей, сирот.

Амина Умарова: Кто вас финансирует, спонсирует? У вас волонтеры?

Хасан Баиев: У меня уже составлена схема, что я сам софинансирую. Раньше у меня был в Америке международный «Фонд помощи детям Чечни», но, к сожалению, после событий с братьями Царнаевыми его полностью закрыли. А так, ищу спонсоров, так мы и проводим эти акции.

Амина Умарова
Источник:
339