Понедельник, 5 декабря 2016
Сделать стартовой


Урхан Сеидов. Мягкая сила Азербайджана

Урхан Сеидов. Мягкая сила Азербайджана



Одержать сто побед в ста битвах — это не вершина воинского искусства. Повергнуть врага без сражения — вот вершина"

Сунь Цзы, "Искусство войны" [1]

Древнекитайский философ Сунь Цзы, написав слова, вынесенные в эпиграф, вряд ли имел в виду именно применение "мягкой силы". Тем не менее, это изречение  очень точно описывает инструкцию по ее использованию. И хотя элементы этой силы существовали еще со времен создания первых независимых образований, впервые ее четкие контуры были обозначены профессором Гарварда Джозефом Наем в его одноименной книге "Мягкая сила"[2].

Согласно Дж. Наю, мягкая сила есть способность получать желаемые результаты в отношениях с другими государствами за счет привлекательности собственной культуры, ценностей и внешней политики, а не за счет принуждения или финансовых ресурсов[2]. В своей последней книге "Будущее власти" он дополняет это определение, уточняя, что мягкая сила есть способность влиять на другие государства с целью реализации собственных целей через сотрудничество в определенных сферах, направленное на убеждение и формирование положительного восприятия[3].

Концепция "Мягкой силы" по Д. Найю выглядит следующим образом.

Урхан Сеидов. Мягкая сила Азербайджана

Однако многие исследовательские институты расширили составляющие "мягкой силы". Так, согласно исследованию "Новое средство убеждения", проведенному The Institute for Government is an United Kingdom (независимая благотворительная организация Великобритании, деятельность которой направлена ​​на улучшение эффективности работы правительства),  "мягкая сила" выглядит следующим образом[4].

Урхан Сеидов. Мягкая сила Азербайджана

Более детальный анализ взаимодействующих элементов "мягкой силы" представила Марина Ларионова – директор Института международных организаций и международного сотрудничества Национального исследовательского университета «Высшей школы экономики» (НИУ ВШЭ). В своей презентации она описывает 5 направлений реализации политики "мягкой силы" [5]:

1. Культура и продвижение языка

Сюда входят проведение масштабных культурных и спортивных мероприятий, выставок и фестивалей, поддержка проектов НПО, создание центров культуры и языка и т.д.

2. Сотрудничество в области образования, науки и техники

Подразумевается создание системы по привлечению иностранных студентов, финансирование образовательных программ, развитие зарубежной сети школ, создание совместных вузов, проведение олимпиад и т. д.

3. Развитие деловых связей

Проведение бизнес-саммитов, программы по привлечению квалифицированной рабочей силы, улучшение бизнес-климата и т.д.

4. Развитие общественной дипломатии

Содействие развитию молодежных НПО, поддержка диаспоры, молодежные программы в области спорта и т.д.

5. Содействие международному развитию

Участие в финансировании инфраструктурных проектов, представление интересов развивающихся стран в международных организациях и т.д.

Если сопоставить эти пункты с работой, которая сегодня уже проделана Азербайджаном, становится очевидным, что наша страна успешно реализует политику "мягкой силы".

Конечно, дать оценку эффективности использования "мягкой силы" довольно сложно. Однако, основываясь на последнем обнародованном (за 2011 г.) отчете "East West Global Index 200" (он ранжирует 200 стран и территорий на основании мониторинга СМИ), Азербайджан в этой сфере занимает 51-е место, обойдя даже США (52-е), не говоря уже о России (140-е), Армении (148-е), Грузии (151-е) и Иране (194-е место)[6]. Этот показатель наглядно демонстрирует, как Азербайджан за короткий период со дня провозглашения независимости не только не утратил свою геополитическую и геоэкономическую значимость, но и сам стал субъектом "мягкой силы".

В своей статье о «мягкой силе» историк и преподаватель МГУ Александр Наумов пишет: "Существуют два пути продвижения внешнеполитического имиджа государства за рубежом: естественный и искусственный. В первом случае государство «автоматически» улучшает свой имидж на мировой арене благодаря успехам в экономике, развитии культуры, науки, легитимности политики, проводимой внутри страны и на мировой арене. Во втором случае предполагается проведение различных мер информационного, рекламного и пропагандистского характера, направленных на улучшение международного имиджа государства, т.е. продуманная и целенаправленная политика «мягкой силы»"[7].

Азербайджану в этом плане повезло, так как фундамент естественного развития имиджа и значимости страны на  мировой арене был заложен общенациональным лидером Гейдаром Алиевым. Он реализовал «Нефтяную стратегию» еще в те времена, когда армянская машина пропаганды имела огромное влияние в мире, и именно благодаря ее дезинформации несправедливая 907-я поправка была принята конгрессом США в столь значимый тогда для Азербайджана момент.  Гейдар Алиев прекрасно понимал, что армянскому лобби в мире могут противостоять только нефтяные транснациональные компании.  Перед Азербайджаном тогда стояла очень сложная задача: интегрироваться в мировое сообщество и по праву занять в нем  достойное  место. Гейдар Алиев осознавал, что наиболее успешный и эффективный путь – это экономическая интеграция, чему свидетельством его слова: "Государство, имеющее сильную экономику, может все".

Эта чеканная формулировка нашла свое отражение в деятельности современного Азербайджана. В этом плане Азербайджанская Республика проделала феноменальную работу под руководством президента Ильхама Алиева: в течение нескольких лет был пройден путь от Контракта века до самой динамично развивающийся экономики, а итогом послужило подписание окончательного инвестиционного решения по 2-му этапу проекта «Шахдениз». Однако заключение столь важного исторического контракта невозможно было бы осуществить только благодаря своим энергетическим запасам; этому предшествовала упорная работа, в первую очередь – по созданию доверительных отношений на межгосударственном уровне. И сегодня  Азербайджан зарекомендовал себя надежным энергетическим партнером,  с которым хотят работать.

Подтверждением тому служит статья корреспондента Радио «Свободная Европа» Дейзи Синделар. Она анализирует взаимоотношения Запада и Азербайджана, выделяя 4 основных пункта, которые, по ее мнению, и делают Азербайджан важным партнером[8]. Это:

* сбалансированная внешняя позиция Азербайджана, которая позволяет сохранять нейтралитет и проводить независимую политику в регионе, несмотря на то, что страна окружена такими влиятельными соседями, как Иран, Россия и Турция;

* Азербайджан является светской страной, большинство граждан которой составляют мусульмане, и плюс ко всему страна находится в хороших, партнерских отношениях с Израилем;

* Азербайджан поддерживает культуру и спорт, умно финансируя реставрацию Лувра и Страсбургского собора, вкладывая деньги в эффектное проведение Евровидения и  первых Европейских Игр;

* У Азербайджана есть влиятельные друзья, которые ему помогают.

Среди вышеперечисленных факторов совершенно уникальным по своей природе является второй пункт. Так, по данным отчета "Мусульмане мира: религия, политика и общество", подготовленного американским социологическим центром Pew Research Center, в Азербайджане практически отсутствуют проблемы между суннитами и шиитами (всего 1%, самый низкий показатель в мире) [9].

Более того, если следовать методологии Test News нового образовательного и документального интернет-канала, принадлежащего компании Discovery,  где в специальном выпуске "Лучшие мусульманские страны по правам женщин" анализируются государства на основе упомянутого отчета,   то сравнительный анализ показывает – Азербайджан занимает в среднем 6-е место в мире по фактору лучшей жизни для женщин[10]. У рядового гражданина республики этот факт вряд ли вызовет удивление, поскольку еще в 1918 году Азербайджан стал первой демократией на Востоке, где женщина получила право голоса раньше, чем на Западе. И уж тем более не удивляет его то, что в центре столицы на символе Азербайджана ­– Башнях Огней – красуется флаг Израиля. Это лишь подтверждает высочайший уровень толерантности и мулькультурализма в стране.Урхан Сеидов. Мягкая сила Азербайджана

Однако мнение, что такое поведение народа является естественным само по себе, не столь ошибочно, сколько не показывает полную картину. Это связано в первую очередь с тем, что президент Азербайджана является образцом прогрессивности, что, безусловно, представляет один из элементов "мягкой силы".  Как пишет New York Times, «господин президент Ильхам Алиев обладает качествами, которыми на Западе восхищаются. Так, он прекрасно владеет английским языком, учтив и элегантен, сотрудничает с Европой и Израилем, в его стране умеренный ислам, и страна проводит и принимает у себя  международные мероприятия» [11]. И ведь действительно,  сегодня, в период мировой глобализации и в то же время - почти перманентной турбулентности в регионе,  меньшего от лидера страны и народа ждать не приходится. Он просто должен быть человеком двух миров, двух цивилизаций – Запада и Востока.  Как подчеркнул господин президент в своей речи на III Всемирном форуме по межкультурному диалогу в Баку  "Азербайджан расположен на стыке цивилизаций, культур и религий. Мы находимся между Европой и Азией. Конечно, такое географическое положение сыграло свою роль в культурном разнообразии Азербайджана. Представители всех культур, религий и этнических групп веками жили в Азербайджане в мире и достойных условиях, как одна семья."

Второй составляющей этого феномена является уровень грамотности нации. Так, по данным статистики ЮНИСЕФ, грамотность в Азербайджане обеспечена почти на 100-процентном уровне[12]. Таким образом Азербайджан является самой грамотной страной среди государств с мусульманским большинством населения. По словам президента Азербайджанской Республики, образование является одним из основных приоритетов  Азербайджана [13]. Именно поэтому, только в рамках «Государственной программы по образованию азербайджанской молодежи в зарубежных странах на 2007-2015 годы» право на образование за рубежом получили 1825 человек [14].

Политика "конвертации нефтяного капитала в человеческий" уже сегодня дает свои результаты – об этом  пишет Джеральд Роббинс, старший научный сотрудник отдела Турции, Кавказа и Центральной Азии при американском Институте изучения проблем внешней политики (Foreign Policy Research Institute). «Мы наблюдаем ощутимые изменения в подходе Азербайджана к лоббированию своих интересов, — считает Дж. Роббинс. — Ключевыми процессами в Баку теперь управляет новое поколение, освоившее западную методологию маркетинга и продвижения идей..."[15].

Не стоит забывать и о концепции развития страны "Азербайджан 2020: взгляд в будущее", ключевой задачей которой является укрепление государственной независимости, повышение авторитета страны на международной арене,  и  превращение ее в одну из самых развитых и конкурентоспособных" [16]. Ведь неспроста Азербайджан в 2011 году был впервые избран непостоянным членом Совета Безопасности ООН, и тогда за него проголосовали 155 стран (при 129 необходимых) из 193 членов этой организации. Это было колоссальным достижением правительства республики и историческим моментом для всего Азербайджана. Вся проделанная работа воплотилась в едином успехе страны. С тех пор Азербайджан неустанно продолжает свою политику  "мягкой силы", завоевывая сердца и умы по всему миру.

Однако в последнее время,  когда Азербайджан стал все чаще привлекать к себе внимание мирового сообщества, страна столкнулась с необоснованной критикой со стороны некоторых зарубежных СМИ и НПО. Эти учреждения и  организации, порой пренебрегая собственной репутацией, опускаются до уровня бульварной прессы. Они идут на поводу у отдельных лиц или групп, интересом которых является очернение имиджа Азербайджана, умышленно политизируют некоторые процессы в стране, искусственно их раздувая. Это в некоторой степени вносит ограничения в применение "мягкой силы" Азербайджана.  

Реакция этих СМИ и НПО особенно обострилась во время  проведения первых в истории Европейских Игр в Азербайджане. Сценарий этот отработан и уже не вызывает удивления. Нечто похожее происходило и во время Олимпийских игр в Сочи и Пекине [3]. Но если бы слова очернителей реально отображали ситуацию в упомянутых государствах, и с этим мнением были бы солидарны и правительства стран этих СМИ и НПО, то Пекин не выиграл бы право на проведение очередных Олимпийских Игр в 2022 году.  Проще говоря, эти клеветники пребывают в явном  конфликте с логикой.

А логика проста. Как пишет руководитель Администрации Президента Азербайджанской Республики Рамиз Мехтиев в своей книге "Миропорядок двойных стандартов и современный Азербайджан", сегодня рассуждения о гражданском обществе – это кодированный язык для реализации схем "мягкой силы" США,  однако такая ее имплементация неправильна[17;172,181].

По мнению Джозефа Ная, главное различие "мягких сил" Китая (аналогично – Азербайджана) и США в том, что в Китае (как и в Азербайджане) она исходит от правительства, а в США –   от гражданского общества, в частности – университетов, различных фондов, Голливуда и поп-культуры [18]. Однако то, что правительство США формально дистанцировалось от прямого участия в «мягкой силе», вовсе не говорит о том, что оно не направляет её своей "невидимой рукой" (то есть осуществляет непосредственное финансирование этих сфер) [2].  Подобным образом и в Европе никак не могут (но очень хотят) создать команду по влиянию, пропаганде на страны СНГ [19]. Выходит, проблема Азербайджана – в его открытости и искренности в работе с партнерами, а не в завуалированности. Как пишет Рамиз Мехтиев, тот факт, что институты гражданского общества пользуются поддержкой государства, не является чем-то противоестественным [17,185].

Методы, которые применяются сегодня Западом, уже давно вышли за рамки "мягкой силы" и приняли  форму публичной дипломатии Web 2.0, пропаганды, информационной и сетевой войны. И  "мягкой силой" это уже никак не назовешь.

Сергей Березин, ссылающийся в своей статье о сетевой войне на аналитиков американского стратегического исследовательского центра RAND Джона Аркилла и Дэвида Ронфельдта (которые и ввели в оборот термин "сетевая война"[20]), утверждает, что сетевые войны нацелены на  изменение того, что население противника и его руководство знает о себе и окружающем мире [21; 28]. Главным образом сетевая война направлена на дезориентацию населения и подрыв восприятия [22; 14]. По словам автора, Аркилла и Ронфельдт выделяют два типа сетевой войны [22; 19]. Первый – это борьба за права человека. Второй – борьба криминальных, террористических и этно-националистических сетей против контроля со стороны государства.

Первый тип сетевой войны имеет ненасильственный характер,  второй – наоборот.

Очевидно, что Азербайджан, ввиду сбалансированности и независимости своей внешней политики, оказался в эпицентре "сетевой войны". И упомянутый «черный пиар» используется как рычаг давления на правительство страны, для принятия им политических, либо экономических решений в угоду Западу.  Это уже стало привычным явлением на Западе. В целом там изменилось и восприятие новостей: новый принцип работы журналистов гласит: "Лучшие новости – это плохие новости" [23]. И неважно, достоверны они или нет, поскольку «чем хуже, тем лучше».

В основе этого поистине дьявольского принципа лежит философия нацистского идеолога Йозефа Геббельса: "Ложь, повторенная тысячекратно, становится правдой". Если использовать концепцию "эффективной частоты" (показатель, который отображает количество контактов с рекламой, оптимальных для влияния на целевую аудиторию), создается впечатление, что Запад сейчас вовсю применяет технологию "глушилок", заимствованную у СССР времен холодной войны [24]. Только вместо скрежета и воя новости теперь глушатся посредством социальных сетей, различных платформ, твитов, блогов и тенденциозных статей.  

Впрочем, реакция на статьи в ведущих изданиях, таких как Foreign Policy, Economist и т.д. (которые редакция 4npress [25] переводит на азербайджанский язык) однозначно говорит о том, что люди, чьи интересы непосредственно затрагиваются в статьях, очень часто не согласны с однобокой позицией самих изданий. И вот тут весьма кстати возникает вопрос: на кого рассчитаны и для кого пишутся эти статьи, если они не  отражают реальности? Видимо, у себя дома они служат  заинтересованным силам оправданием для дальнейшего  применения "жесткой силы", то есть введения санкций или начала боевых действий.

Это подтверждает и недавно опубликованное исследование о том, как воспринимают США на постсоветском пространстве. Оно проводилось профессором социологии, руководителем Центра по изучению России, Восточной Европы и Центральной Азии Висконсинского университета в Мэдисоне  Теодором Гербером и адъюнкт-профессором Университета Аризоны Джейн Зависка, а также было частично поддержано Исследовательской лабораторией армии США. Исследователи приходят к выводу, что у Соединенных Штатов серьезные проблемы с имиджем в бывших советских республиках, причем не только в России, но и в Азербайджане, Киргизии и даже  Украине. Простые люди воспринимают США как стремящуюся к мировому господству сверхдержаву, которая бесцеремонно вмешивается во внутренние дела других государств, цинично преследуя собственные интересы. Далее авторы предлагают решение по восстановлению "мягкой силы" США в этих странах:  изменение стратегии и методики ее применения, ввиду ее неэффективности и утраты актуальности. Гербер и Зависка признают тот факт, что с конца 1980-х годов США активно оказывали финансовую и прочую помощь некоммерческим организациям, занимающимся общественно-политической работой, а также поддерживали независимых наблюдателей на выборах и оппозиционные партии с целью свержения правящих режимов посредством "цветных революций" во имя "демократии".  Однако этот подход как признают авторы исследования, оказался менее успешным и существенным образом осложнил для США отношения со странами в регионе[26].

Гейдар Алиев верно сказал, что "Демократия - это изменение в сознании людей. Это изменение происходит не революционным, а эволюционным путем, постепенно"[27]. Это подтверждает и корреспондент BBC Хамфри Хоксли в своей книге "Демократия убивает".  Там рассказывается о том, как Запад насильно навязывает ценности своей демократии другим государствам, причем с той же заносчивостью и безапелляционностью, что и во времена колонизации.  По мнению колонизаторов, это делало местное население цивилизованным [28]. Хоксли считает, что  одним из важнейших элементов перехода к реальной демократии является время, и что давление извне, идущее вразрез с историей страны, ее традициями и сложными механизмами саморегулирования в обществе, может привести к совершенно непредсказуемым последствиям.

Схожего мнения придерживается и известный французский философ, преподаватель Гарвардского университета Цветан Тодоров. В своей последней книге "Внутренние враги демократии", говоря о проблемах Ближнего Востока (в частности, об "арабской весне"), он приходит к выводу, что даже если некоторые неевропейские народы стремятся к европейским ценностям, то готовы их отвергнуть, если эти ценности используются для оккупации их страны. Причем это не зависит от расовой или конфессиональной принадлежности жителей этой страны [29]. По словам Тодорова, в мире нет идеального государства с совершенным демократическим режимом. Существует лишь восприятие демократии: недостающая часть демократии в стране всегда будет казаться лучше, чем та,  которая уже есть. Впрочем, по мнению философа, демократия никогда и не претендовала на безупречность, в отличие от коммунизма. Касаясь современной  демократии, Тодоров утверждает, что она пребывает в состоянии больного, нездорового излишества, когда свобода превращается в тиранию, люди – в легко управляемую массу, а постоянное желание прогресса – в крестовый поход. По его словам, европейская демократия теряет те ценности, на которых была построена. Сегодня она приводит к обесчеловечиванию и именно поэтому становится все более инородной и отторгается остальным миром.

Это же подчеркивает в своей книге и Рамиз Мехтиев, ссылаясь на бывшего госсекретаря США Мадлен Олбрайт. По ее мнению, усилия по продвижению демократии стали ассоциироваться с ее милитаризацией, заработав тем самым плохую репутацию, в особенности после произошедшего в Ираке[17,175].

Все мы стали свидетелями изменений в стиле iPhone democracy (когда во имя демократии происходит потеря территорий, частичного суверенитета или даже смена государственного строя) [30], которые произошли в регионе, и еще ни одна революционная трансформация в тех странах не дала ожидаемых результатов.  Несмотря на то, что Азербайджан –  государство небольшое, подвергающееся постоянному  давлению более сильных стран, наше правительство не поступилось национальными интересами, поставив их во главу угла своей политики. Что в конечном итоге, несмотря на политику двойных стандартов, позволило сформировать собственную концепцию "мягкой силы",  одновременно с которой возможно применить и "жесткую силу" по отношению к Армении – соседу-агрессору и оккупанту наших территорий.

Согласно Джозефу Наю, симбиоз двух сил, "мягкой" и "жесткой", называется "умной силой". Следовательно, Азербайджан применяет сегодня не просто «мягкую» или «жесткую», а "умную силу", и это непременно принесет свои плоды. Как писал еще один мудрый китаец, Лао Цзы, "Хотя в мире нет предмета, который был бы слабее и нежнее воды, но она может разрушить самый твердый предмет".

Урхан Сеидов

Источник:
636
Комментарии
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Введите код
Защита от спама
Загрузка...