Вторник, 6 декабря 2016
Сделать стартовой


«Претензий к врачам в Ингушетии очень много»

«Претензий к врачам в Ингушетии очень много»


«В системе здравоохранения РИ есть положительные вещи, но я думаю, сейчас не время говорить о положительных вещах»

Накануне, 7 сентября, в Москве прошел форум Общероссийского народного фронта по здравоохранению. Правозащитник Магомед Муцольгов считает, что в обсуждении проблем в ОНФ больше популизма, чем стремления навести порядок в медицине. Аналогичным образом он расценивает и ситуацию с личным контролем региональной власти за наиболее нашумевшими случаями в здравоохранении.

Единственное, на мой взгляд, что более-менее нормально работает в системе здравоохранения, — это реанимация.

Люди очень часто обращаются к нам с целью защиты прав в сфере здравоохранения. Претензий к врачам очень много. Наши адвокаты, наши юристы помогают многим людям по этим вопросам. Но есть дела, которые безрезультатно рассматривают в течение шести, семи, восьми лет. Там круговая порука.

Несколько последних случаев стали наиболее известны. Но даже когда приезжали журналисты с федеральных СМИ, ситуация не изменилась. Были и такие случаи, когда врачей отстранили от работы, спустя некоторое время они возвращались к лечебной практике.

Ситуацию с личным контролем региональной власти за наиболее нашумевшими случаями в здравоохранении я расцениваю как популистский ход, а не как попытку навести порядок в медицине.


У нас был даже случай, когда Евкуров заставил вице-премьера, который курирует здравоохранение и который летел лечиться в Москву, сдать билет и обратиться к нашим врачам. Все государственные и прогосударственные сайты об этом писали целый месяц.

То, что человек, который курирует всю медицину, то есть имеет доступ к лучшим палатам, лучшим врачам в республике, уезжает лечиться в Москву, — это не курьез, не какой-то исключительный случай. Исключительно то, что его заставили слезть с самолета, сдать билет и вернуться, но не факт, что он в итоге отлечился у нас. Он мог потом уйти в отпуск и уехать на лечение.

С медициной в Ингушетии — большие сложности. Я знаю, у нас есть два дела, которым 6 и 8 лет. Молодая беременная женщина легла в больницу. Она наблюдалась все 9 месяцев, все было нормально, без патологий. Сперва потеряла ребенка, сказали: родился мертвым. Дальше она жаловалась на боли в животе, но врачи оставили без внимания ее жалобы и как следствие ей вырезали все детородные органы — эта женщина больше не может иметь детей. Незадолго до этой трагедии она вышла замуж, через два месяца после операции ее оставил муж. Он оказался не совсем мужчиной, если развелся с ней по этой причине. Ее отец судится уже почти 8 лет с врачами.

Также есть второй случай совсем молодой пары. У них было двое девочек, она была беременна, ждали третьего, мальчика. Все было нормально, без патологий. Но мальчик умер или родился мертвым, я не помню все тонкости.

Человеку, ищущему справедливость, не помогает, а противодействует вся система. Не только система Минздрава, но и правоохранительных, надзорных органов. Это большой клубок.

По-хорошему, надо менять все. Допустим, хорошо отремонтировали больницу. Но этого недостаточно. Очень важен уровень подготовки и отношение врачей к больным. Нужно исключить неуважение, халатность.

У нас, к примеру, есть республиканская 5-этажная больница. Там есть охрана. Я у них спросил: где лифт, у меня поинтересовались в ответ, есть ли со мной тяжело больной? Я отвечаю: нет. Но я вешу 120 килограмм, мне тяжело подниматься, мне — здоровому человеку. Мне отвечают: этот лифт, который для посетителей, закрыт, он не работает, есть только для тяжело больных. Нельзя же притворяться, что ты тяжело болен, под инвалида косить, на дворе 21 век, а у нас лифтов нет, а те, что есть, не работают.

На днях в республиканской больнице закрыли центральный вход. Остался только боковой. По правилам пожарной безопасности, должно быть как минимум два входа. Люди говорят, что закрыли вход и всю стоянку продали под какой-то участок. Может, это неправда, но ситуация порождает слухи. То, что центральный вход закрыли, — это правда. Параллельно через государственные СМИ, сайты начинается пропаганда: не переживайте, так должно быть. Еще добавляют: «все по закону». Хотя даже в крупном частном магазине должно быть минимум два выхода — не то, что в больнице.

Нельзя говорить, что проблема только в специалистах. Это не однобокий вопрос. Проблема многогранная, комплексная. Важно оборудование, важно материально-техническое обеспечение, важны зарплаты врачей. Я абсолютно не умаляю значение этих факторов.

Сейчас многие врачи совмещают работу в частных и государственных клиниках, что не всегда правильно, так как возникают конфликт интересов и коррупционные схемы. Сегодня, вы обратились в бесплатную клинику до обеда, а после обеда вас приглашают в платную, тот же врач. Тут очень много подводных камней, но редко, когда кто-то из больных открыто возмущается, боятся остаться без помощи. Такая же ситуация с разными обследованиями и анализами, к тому же, нередко врачи посылают больных и их родственников в аптеки, где учтен их интерес.


Я не считаю, что Чеченская Республика может служить примером. Упаси Бог. Мне много чего там не нравится. Но я видел репортаж, где администрация главы послала по всем больницам людей для проверки ситуации в Минздраве. Им даже выделили деньги, для подкупа врачей. Даже наркоманов запускали, как в «Контрольной закупке». Давали пятьсот рублей, они выходили со справкой на руках о том, что человек — не наркоман.

Нужно повсеместно устраивать такие проверки. Раз в месяц или хотя бы раз в квартал. И необходимо ввести адекватную систему поощрения и наказания. Все-таки речь идет о жизни и здоровье граждан.

Хотя Россия позиционирует себя как социально-правовое государство, на мой взгляд, у нас полицейская страна. В первую очередь нужно было поднимать зарплату учителям и врачам, а не полицейским и военным. Именно в этом видны приоритеты государственной власти.


Боюсь, что в обсуждении медицинских проблем в ОНФ больше популизма.

Есть очень важный момент. Он касается любой сферы. Конечно, мы — далеко не правовое государство, но если бы я не верил, что что-то можно изменить, я бы не занимался тем, чем занимаюсь. В этой стране я не вижу пока ничего хорошего, но это моя родина, и все мои родственники здесь живут, поэтому и я живу здесь. Я думаю, что что-то можно изменить, хотя справедливые решения наших судов минимальны.

Сами врачи не жалуются, потому что боятся потерять работу. Официально говорят, что уровень безработицы в республике составляет около 50 процентов, но я думаю, что он выше — процентов 70, если не больше.

Я несколько лет назад прочел результаты опроса, не помню, кто его проводил, но там был интересный момент. Когда у молодежи спрашивали, кем бы они хотели стать, 72 процента ответили, что чиновниками. Ни бизнесменами, ни банкирами, ни космонавтами, а чиновниками, потому что именно они сладко живут в нашей стране. 

Магомед Муцольгов

Источник:

Кавказская Политика

245
Комментарии
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Введите код
Защита от спама
Загрузка...