Пятница, 9 декабря 2016
Сделать стартовой


Потерять нельзя сохранить. В Северной Осетии пытаются спасти осетинский язык

Потерять нельзя сохранить. В Северной Осетии пытаются спасти осетинский язык

На Кавказе уже давно любят помногу и подолгу толковать о роли национальных языков республик, об их значении и важности. Может, где-то от этих разговоров и есть прок, а вот в Северной Осетии нет. Разумеется, как и в прочих кавказских субъектах, тут присутствует государственная программа по сохранению родной речи, есть множество специалистов, и каждый из них готов надавать кучу советов, но все перечисленное смело можно назвать бесполезным. Из года в год носителей любого из осетинских диалектов или говоров становится все меньше и меньше, что подтверждает статистика.

Прозаседавшиеся или действующие?

На днях состоялось заседание комиссии по сохранению и развитию осетинского языка под председательством врио заместителя главы местного правительства Рустема Келехсаева. Обсуждаемые темы упирались, разумеется, в рамки компетенции этого органа. Лингвисты-профессионалы вместе с представителями власти говорили о том, как бы не дать в ближайшем будущем сгинуть осетинскому языку, являющемуся наряду с русским государственным языком РСО-Алании.

Помимо представляющих власть на совещании присутствовали также люди от мира литературы и телерадиовещания. Например, нашли время в своем графике глава североосетинского союза писателей Камал Ходов и директор ГТРК «Алания» Тимур Кусов.

Ходов предлагал решать вопрос по-писательски: чтобы на развитие языка положительно влияли периодические слеты мастеров пера двух Осетий и прочих регионов Кавказа. «Данное мероприятие способствовало бы привлечению внимания к родной литературе. Если мы говорим о сохранении и развитии осетинского языка, то, по моему глубокому убеждению, это можно сделать в том числе благодаря талантливым литературным произведениям», – убежден поэт и переводчик Ходов. Собственно, больше серьезных предложений от народного поэта Северо-Осетинской АССР не поступило.
Более щедр на рекомендации и советы был исполняющий обязанности министра образования и науки Алан Огоев. В общем-то, он ничего нового не говорил – просто повторил пункты старых программ по сохранению осетинского языка в республике. Снова упомянул, что значительное число школ и детских садов уже некоторое время функционируют по принципам билингвизма, эта модель работает хорошо и дает результаты.

Однако вслед за этой одой, отдающей честь разработчикам двуязычной системы образования, последовали статистические данные и неприятные факты. Во-первых, оказывается, что педагогов, готовых блюсти все правила данной модели, не так уж и много – точнее, не хватает даже на минимальном уровне.

Во-вторых, многие из тех образовательных учреждений, что в свое время, казалось бы, с удовольствием взялись прививать основы новой программы, вдруг от нее отказались. Причем это безобидное «ренегатство» – не единственное в своем роде. К началу прошлого учебного года остались всего 23 школы, продолжавшие работу в двуязычном режиме, хотя раньше их было 43. С детскими садами все обстоит ничуть не лучше: из двадцати в эксперименте остались только восемь.

Потерять нельзя сохранить. В Северной Осетии пытаются спасти осетинский язык

Комиссия по сохранению и развитию осетинского языка при главе республики. Фото: vladikavkaz.bezformata.ru

Каждое учебное заведение, не вышедшее из билингвистической программы, посетила специальная группа министерства образования и науки РСО-Алании. Специалисты пытались выяснить, как там идут дела. Говорят, вроде бы и ничего, но чем же тогда вызван массовый исход школ и детсадов из эксперимента?

Огоев списывает неудачи на нехватку педагогов, настороженное отношение родителей к необычной методике преподавания и не слишком добросовестную работу кафедры ЮНЕСКО Северо-Осетинского государственного педагогического института, выпустившей не очень качественный учебник осетинского языка.
Вслед за выступлением и.о министра образования и науки начали обсуждать пути выхода из кризиса. Оказалось, что сделать можно немногое – всего-то посоветовать руководству школ и детских садов проводить в неделю не меньше трех часов занятий на осетинском языке. На такой вот рекомендательной ноте закончилось размышление над мало-мальски серьезными педагогическими мерами по спасению осетинской речи, грозящей в не столь уж отдаленном будущем кануть в лету.

Более масштабные предложения выдвигал директор ГТРК «Алания» Тимур Кусов. Он полагает, что очень кстати было бы создать осетинский телерадиокинофонд. «Из-за отсутствия необходимых условий хранения под угрозой исчезновения находится уникальный и богатейший фонд созданных нашими киностудией, радио и телевидением сотен фильмов, радио и телепередач, – то, что составляет сокровищницу национальной культуры. Для сохранения собранного за десятилетия архива нужен комплексный системный подход, что позволит создание Национального телерадиокинофонда», – сказал Кусов.

Все участники совещания его идею поддержали единодушно, хотя она, конечно вряд ли способна повысить популярность осетинского языка среди населения республики. Зато поможет сохранить культурное достояние для потомков, которые даже если и забудут окончательно речь своих предков, то хотя бы смогут узнать, какой она была. Дошла же до нас причудливая смесь некоторых диалектов Древней Греции в великолепных творениях отца литературы Гомера.

Историческое естество

Чтобы взглянуть на ситуацию более объективно, надо разобраться, как много людей в РСО-А владеют осетинским языком. В прошлом году с этой целью мы проводили опрос на улицах Владикавказа.

Результаты были не очень-то обнадеживающими: отличным владением осетинского могли похвастаться всего 14-15% тогдашних респондентов, словарный запас еще примерно 40% можно назвать разве что сносным, а остальные знали буквально пару слов или вообще ничего. Но тогда дело касалось лишь столицы республики, в которой 37-38% населения – не осетины (около 30% – русские, армяне и грузины, оставшиеся 7% – прочие национальные меньшинства).

В этом году был проведен аналогичный опрос, но с охватом Ирафского, Алагирского и Дигорского районов. Организован он был по тому же принципу, что и прошлогодний: грамотный носитель осетинского языка останавливал на улицах случайных прохожих и заводил с ними разговор. Сначала респондентов по-русски спрашивали, владеют ли они осетинским языком, и в случае положительного ответа разговор переходил на второй государственный язык РСО.
Результаты оказались потрясающими: в Ирафском районе все знают осетинский, в Дигорском районе исключением стал лишь один человек – но представитель иной национальности, да и тот кое-какие слова осетинского языка всё же назвал. Схожая картина сложилась и в Алагирском районе, но там, в отличие от двух предыдущих, в ходу в основном иронский диалект, а не дигорский.

Можно предположить, что и в остальных районах (за исключением тех, где доля осетин далека от 90-100%, как в Моздокском), ситуация схожая. Одним словом, периферия. Уровень урбанизации там крайне низок, местные городские поселения трудно назвать городами. Скажем, в Дигоре – административном центре одноименного района – проживают немногим больше 10 тысяч человек, а инфраструктура далека от того, чтобы ее можно было охарактеризовать как развитую.

Потерять нельзя сохранить. В Северной Осетии пытаются спасти осетинский язык

Урок осетинского языка в Моздоке. Фото: nyhasmozdok.ru

Выходит, не все так уж и плохо с осетинским языком в республике? Разумеется, однозначно на этот вопрос ответить нельзя. Во-первых, потому, что Владикавказ стоит особняком: ситуация ничуть не изменилась с прошлого года – примерно такое же количество слабо владеющих, неизменно количество и бегло говорящих.

В столице республике проживает половина ее населения. Именно тут начинается и заканчивается процесс вымирания осетинского языка. Его ненадобность ощущается в городе практически на каждом шагу: не нужен он ни при трудоустройстве (в том числе и в органы государственной власти), ни при поступлении в вуз (за исключением преподавателей родной речи и литературы).

Это всё, конечно, печально – но естественно. Осетия, как и другие субъекты РФ, живет не отдельной жизнью, при которой языковые рамки можно было бы устанавливать самостоятельно в соответствии с пожеланиями населения. Гораздо важнее считаться с общероссийской моделью жизни и бытия. Иначе Владикавказу просто не суждено было бы стать серьезным городом, имеющим определенное влияние на положение дел в СКФО и даже в ЮФО. Так что спасти осетинский язык можно, лишь пожертвовав притязаниями на постиндустриализм, так сладко манящий из, казалось бы, просторов не такого уж и далекого будущего.
 
 
Заур Караев
616
Комментарии
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Введите код
Защита от спама
Загрузка...