Понедельник, 5 декабря 2016
Сделать стартовой


Юбилей дедушки. Дагестан

Юбилей дедушки. Дагестан

Мои ровесники помнят нескольких столпов-долгожителей среди политического истеблишмента всей нашей страны и Дагестана в частности. Во главе СССР 18 лет находился Брежнев; Дагестаном долгие годы руководили такие харизматичные лидеры, такие как Абдурахман Даниялов, Магомед-Салам Ильясович Умаханов и Магомедали Магомедович Магомедов.

В Кремле были еще два долгожителя. Это Ельцин и Путин. Все остальные кажутся мне проходными фигурами, которых волна истории поставила на это место, а некоторое время спустя вернула обратно, в обычную жизнь.

Даниялов, Умаханов и Магомедов. Каждый из них был руководителем в сильно отличающиеся друг от друга времена, у каждого из них были свои трудности и свои причины для инфарктов. Но первым двум, безусловно, было проще, потому что в СССР существовал принцип единоначалия, так характерный для армии любой страны и политического устройства Советского Союза. Когда ты уверен, что над тобой есть отец-командир, который знает, что надо делать, тебе остается только честно и спокойно, не щадя здоровья и личного времени, выполнять свой долг. Повторюсь, это намного проще. В коридорах власти всех стран и времен существовали и существуют аппаратные игры и подковерные взаимоотношения. Таковы правила, которые не изменились со времен египетских фараонов, Александра Македонского или великолепного султана Сулеймана.

Но выполнять свой долг во времена, когда на море шторм и палуба уходит из-под ног у всех на ней находящихся, во сто крат трудней. После развала СССР, после смены политического и экономического курсов страны наступило своеобразное «межвременье». Я не любитель панегириков, и этот текст не из их числа. Я просто хочу отдать должное человеку, которому 15 июня исполнится 85 лет.

***

Магомедали Магомедович Магомедов родился в 1930 году. Он по гороскопу из близнецов, как и я. И, следовательно, по-человечески, мне легче его понять, нежели кому-нибудь другому. Я не язычник, но иногда прислушиваюсь к тому, что говорят астрологи, к тому, что трудно оспорить, к очевидному.

В 1952 году Магомедали Магомедович окончил учительский институт в Махачкале. В те годы в республике ощущался нешуточный кадровый голод, дагестанцев, имеющих высшее образование, было не так уж и много.

ИЗЛОМ. 1990-Е ГОДЫ.

26 июля 1994 года Магомедали Магомедович Магомедов был избран председателем Государственного Совета Республики Дагестан. Все мы помним, какими нелегкими для страны выдались 1990-е годы. В стране уже прокатились волны межнациональных конфликтов и парад суверенитетов. СССР после утраты единой идеологии оказался колоссом на глиняных ногах, страна распалась на 15 отдельных независимых государств. И центробежные процессы продолжали нарастать. Особенно явно это ощущалось в регионах. На Кавказе люди, опьяненные ложными идеями самостоятельности от центра, объединялись в национальные движения, которые приводили к этническим и территориальным конфликтам. Чечено-Ингушетия разделилась на две республики, произошли конфликты между ингушами и осетинами, начиналось сепаратистское движение в Чечне. Люди поколения моих родителей с недоумением и возрастающим ужасом наблюдали за этими процессами, а СМИ подогревали эти процессы, смакуя «жареные» события.

Я с тревогой ожидал самых неблагоприятных сценариев в Дагестане. Энергичность, пассионарность наших людей вполне могли эти сценарии запустить в жизнь. В республике появилось немало лидеров «новой волны». Мне думалось в те годы, с каким удивлением руководители старой школы должны были наблюдать этих молодых лидеров, которые ворвались в республиканскую политику, пренебрегая принятыми в этих кругах правилами игры. Вероятно, в львиных прайдах именно таким образом происходит смена вожаков на более молодых и сильных. Но мы ведь люди, у нас исторически сложился обычай эволюционных, а не революционных изменений. Нам, простым людям, трудно жить в эпоху перемен, нам не хочется резких тектонических сдвигов в обществе, нам нужна стабильность.

Довольно длительное время мы могли видеть усиление национальных движений. Наше счастье, что народы Дагестана обладают какой-то мудростью, не позволяющей совершать нам резкие движения, которые могут принести неудобство другим.

Тут-то и проявился талант Магомедали Магомедовича. Он всегда понимал и принимал систему руководства, существовавшую в Дагестане с советских времен. Когда политический истеблишмент республики пополнился новыми, одиозными и харизматичными лидерами, он сумел наладить с ними правильные взаимоотношения, вести с ними диалоги на языке, понятном им. Я не думал, что у человека его поколения это сможет получиться, но, к нашему счастью, ему это удалось. Мне кажется, ни в одном регионе России, да и всего бывшего СССР второго такого примера нет. Везде представители прежнего руководства передали бразды правления новым политикам, будь то в Ленинграде, Нижнем Новгороде, Чечне, Северной Осетии. И в Москве, в конце концов, Ельцин передал скипетр и державу молодому Путину.

Случись такое в те годы в Дагестане, никто не смог бы гарантировать мира и спокойствия в регионе. Активно муссируемые местными националистами вызовы могли бы активизировать взаимные претензии представителей одних наций к другим. Зачатки этих претензий удалось перевести в мирное, невзрывное русло посредством закрепления определенных ключевых мест за представителями отдельных национальностей. Как мы сейчас говорим, эта должность – «аварская», эта – «даргинская», эта – «лезгинская» и так далее. Не знаю, принадлежала ли эта идея только Магомедали Магомедовичу или тут не обошлось без поддержки Кремля, но она сработала как мощный сдерживающий фактор. Лично для меня, да и для большинства населения республики не имеет значения национальность того или иного руководителя, но дело в том, что историю творит меньшая, более активная часть населения, «активное меньшинство», с ним-то как раз и сумел наладить конструктивный диалог председатель Госсовета.

Созданная Магомедали Магомедовичем система республиканской вертикали власти помогла республике плавно перетечь из одной общественно-экономической формации в другую, без вооруженных конфликтов и кровавых столкновений. Дагестан вписался в нишу, отведенную ему федеральным центром. Если не все понимают ценность этого, то, прошу вас, подумайте минутку над этим вопросом… И все у вас встанет на свои места.

МАЙ 1998 ГОДА

Случилось то, что случилось. 20 и 21 мая 1998 года произошли события, чреватые взрывом для внутренней обстановки в республике. В книге известного дагестанского прозаика Жанны Абуевой, посвященной биографии Надиршаха Хачилаева «Листая судьбу», этому событию посвящено достаточно места, повествование снабжено цитатами из СМИ и мнениями отдельных людей. Знаете, как бывает? Человек предполагает, а Бог располагает. Конфликт с некомпетентным нарядом милиции, который повлек за собой перестрелку и гибель одного человека, перерос в протестный акт определенного слоя населения. В этой ситуации, я считаю, Хачилаевы оказались вынужденными заложниками ситуации. После появления их заступников на площади к ним присоединились толпы маргиналов, которые просто пришли на запах жареного. Когда эта стихийная масса заняла дом правительства, там, возможно, уже было бы трудно ею управлять. Магомедали Магомедов срочно прилетел из Москвы и пошел на личный контакт с представителями оппозиции, предпочитая не отсиживаться за федеральными штыками где-нибудь в защищенном месте. Ему в тот момент было 68 лет, в принципе он был немолодым человеком. Но с каким-то самурайским бесстрашием Магомедов пошел прямо в эту толпу, зашел в дом правительства и начал нелегкие переговоры с противоположной стороной. Результат их мы знаем. Был достигнут маслиат, народ вывели из дома правительства и распустили по домам. Не пострадал больше ни один человек (кроме того милиционера из наряда), не было применено оружие, не была применена военная сила. Кто-нибудь вспоминает об этом, думая о годах руководства Магомедова?

АВГУСТ И СЕНТЯБРЬ 1990 ГОДА

Сергей Вадимович Степашин, бывший директор ФСБ, бывший министр ВД России, бывший председатель правительства Российской Федерации, во всем бывший… После визита в Дагестан летом 1990 года позволил себе провокационное публичное высказывание: «Боюсь, что Дагестан мы уже потеряли». Это примерно так, как если бы подсобник каменщика начал договариваться с заказчиком через голову мастера. Он нарушил этику своей должности, говоря от лица президента России то, на что не был уполномочен в силу своего положения. Историки еще дадут оценку этому трусливому визиту, которым он поставил нас, трехмиллионный народ, на плаху, приговорив к затяжной кровопролитной войне. Спасибо Ельцину, к которому я в целом отношусь отрицательно, что он моментально заменил его другим человеком. Спасибо, что в нашей республике нашлись люди, не поддавшиеся на это провокационное заявление, спасибо, что Магомедали Магомедов занял свое место в этой ситуации, как настоящий государственник, который был в тот год опорой «вертикали власти». Тогда такого термина еще не существовало, но закалка старой школы государственного руководства подсказала ему правильные действия и единственно правильную позицию в той ситуации. Это были нелегкие два месяца в нашей жизни, да и в его, пожалуй, тоже. Я помню, что при тогдашней дороговизне на авиабилеты в Москву все было раскуплено моментально.. Я не судья тем, кто бежал тогда из республики. Я знал одно: у меня на руках престарелые родители и, как бы ни пошли дела, я Махачкалу не покину.

Магомедали Магомедович может сказать себе: «Я прожил жизнь не зря, от опасности не бегал, в трудных ситуациях делал все, что было в моих силах». Таких эпизодов в его жизни было, конечно, немало, они не все были такими яркими и заметными. Большое видится на расстоянии.

Я лично доволен тем, что в нелегкие годы у нас был такой руководитель. И сегодня от себя и от тех, кто со мной согласен, желаю ему здоровья и долгих лет жизни!

924
Комментарии
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Введите код
Защита от спама
Загрузка...