Пятница, 9 декабря 2016
Сделать стартовой


«ИГИЛ уже у нас дома!»

«ИГИЛ уже у нас дома!»

Что считается самым опасным орудием ближневосточных террористов


«Иблисское государство» — так теперь требует называть запрещенное в России «Исламское государство» чеченский лидер Рамзан Кадыров. Чтоб было понятно: в Коране Иблис — это почти дьявол, падший ангел, который возглавляет армию злых духов (шайтанов и джиннов).

Именно такая трактовка событий в Сирии, богословская, позволяет увидеть в российской военной операции против «Исламского государства» мессианскую роль по спасению человечества от дьявола.

Страшный суд над отступниками

Рамзан Кадыров сегодня, пожалуй, самый яростный противник «Исламского государства». Недаром сразу после начала российской авиационной операции против боевиков-неохариджитов в Сирии, он предложил отправить для проведения наземной операции чеченский спецназ.

Столь острая реакция объяснима. Чечня стала первой республикой на Северном Кавказе, ощутившей на себе деятельность вербовщиков. Именно здесь было возбуждено первое в стране уголовное дело по факту участия гражданина в незаконных вооруженных формированиях на территории Сирии: это произошло в январе 2014 года, а фигурантом стал Шахид Темирбулатов, воевавший в рядах группировки «Джейш-аль-Мухаджирин валь-Ансар». Информация о каком-либо приговоре Темирбулатову в ГАС «Правосудие» отсутствует.

К настоящему времени по аналогичному обвинению возбуждено уже полтысячи уголовных дел в масштабах страны. В одной лишь Чечне их 88, по данным заместителя министра внутренних дел республики Апти Алаудинова. Еще четыре месяца назад он озвучивал следующие цифры: для участия в боевых действиях в Сирию уехало не менее четырехсот чеченцев, из которых каждый четвертый погиб.

Между тем, западные политики оперируют совсем иными цифрами. Скажем, еще в ноябре прошлого года глава американского Госдепа Джон Керри заявлял о «тысяче чеченцев, воюющих в рядах ИГИЛ… и базах боевой подготовки близ сирийско-турецкой границы для вновь прибывших чеченских террористов».

На подобные заявления молниеносно отреагировал сам Кадыров, заявивший в прессе, что бойцы ИГИЛ «выполняют поручения Запада и целенаправленно убивают мусульман… им помогали и помогают западные спецслужбы… они снабжают их [террористов] всем необходимым». Ну а лидера террористической группировки Абу Бакр аль-Багдади чеченский глава прямо называл агентом американских спецслужб.

Пропаганда лжеислама

В общем, как видно, в чеченском обществе (в отличие, скажем, от ставропольского или краснодарского) проблемы далекой Сирии переживаются необычайно остро. И неслучайно, что именно Грозный был выбран площадкой для проведения большого форума, на котором эксперты из разных регионов Северного Кавказа пытались выработать «рецепты» против террористической идеологии. Дискуссия, правда, при кажущемся единстве взглядов в России на проблему «Исламского государства», получилась, необычайно острой.

И первый же спорный вопрос — насколько вообще актуальна сегодня проблема вербовки бойцов для ИГИЛ. Старший научный сотрудник Центр проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО Ахмет Ярлыкапов уверен, что «Исламское государство» уже сейчас может постучаться практически в любой кавказский дом.

— ИГИЛ уже у нас дома, на Северном Кавказе и по всей стране уже налажена сеть вербовщиков. И она легко может быть трансформирована в сеть террористическую, — говорит эксперт.

Агрессивность пропаганды ценностей лжеислама настолько велика, что в ее поле попадает самая разная молодежь — и вовсе не бедная или социальная неадаптированная, как принято считать. Примеры того, что на войну в Сирию уезжали даже дети из вполне обеспеченных семей, состоявшиеся в жизни, есть. И, увы, многочисленные.

Ярлыкапов привел пример небольшого дагестанского селения Огузер в Кизлярском районе, которое традиционно не считалось глубоко религиозным (в отличие, скажем, от Гимров) — но отсюда в Сирию уже уехали четверо молодых людей… И это на полторы сотни семей (еще около сотни уехали на заработки в Сургут).

Первый замминистра печати Дагестана Зубайру Зубайруев пытался добиться от московского эксперта ответа на простой, кажется, вопрос: а где же происходит эта вербовка. Не получил. И ответил сам: там, где чаще всего и бывает молодежь — в высших и средних специальных учебных заведениях, в спортивных секциях (явно, не тех, что олимпийского уровня).

Тарикат — не для русского уха

Директор по исследованиям Центра современной кавказской политики (ЦСКП «Кавказ») Владислав Никонов нарисовал не очень оптимистичную картину. По его словам, пока государство тратит огромные усилия и средства на то, чтобы организовать дискуссионные площадки для ученых и экспертов, обсуждающих проблемы ИГИЛ, сами вербовщики пользуются уже имеющейся контактной средой, не тратя порою ни копейки.

Ведь достаточно прийти в мечеть, опытным взглядом окинуть прихожан, найти среди них несколько «колеблющихся» — и начать их методично обрабатывать… Именно поэтому, уверен Никонов, задача государства — это уменьшить социальную базу для распространения радикальных идей. То есть уменьшить долю протестной молодежи.

Плодотворная среда для быстрого распространения идей ИГИЛ — это слабость местных властей, которые вроде как призваны им противостоять. Неслучайно, кстати, еще полтора года назад на совещании в полпредстве вице-премьер Александр Хлопонин дал указание губернаторам: чтобы в каждом муниципалитете на Северном Кавказе появилась должность замглавы администрации, персонально ответственного за национальные и религиозные вопросы.

Однако, сообщил директор ставропольского «Центра научных и социальных инноваций» Иван Бабин, по опыту его работы, большинство этих чиновников имеют крайне поверхностные, слабые представления об исламе.

Сама религиозная терминология, которой оперируют вербовщики «Исламского государства», сложна и непонятна для русского уха. И даже в мусульманских регионах мало чиновников, знающих арабский язык, на котором часто и ведется пропаганда. Бабин предложил создать специальные курсы для чиновников, а также выпустить некий глоссарий, в котором были бы собраны основные термины, используемые в дискурсе ИГИЛ.

Круговая оборона против соцсетей

Цинично, конечно, говорить, но интернет-пропаганда «Исламского государства» сегодня крайне эффективна. По крайней мере, действенных способов противостоять ей пока нет ни в России, ни на Западе, констатировал член Ставропольского экспертного клуба, тележурналист Даниэль Аракелян.

Он провел контент-анализ образцов пропаганды, используемой ИГИЛ и пришел к выводу, что ключевой канал ее распространения — это твиттер. Да, тот самый, который активно использовался во время «арабской весны». Ведется пропаганда одновременно на нескольких языках, среди которых одним из ведущих сегодня является русский (наряду, например, с пушту).

Удобство твиттера — это высокая скорость обмена информацией. Поэтому, по подсчетам Аракеляна, только за один месяц «Исламское государство» сгенерировало более тысячи различных информационных фреймов (самостоятельных новостных поводов). Для сравнения: вся западная пропагандистская машина после присоединения Крыма использовала в информационной кампании против России чуть более двух тысяч фреймов. Как говорите, почувствуйте размах!

Причем львиная доля пропаганды ИГИЛ — это сообщения о мирной жизни на территории этого псевдогосударства. Фотографии, видео, рассказы местных жителей о детсадах, школах, росте пенсий, низких налогах, процветании малого бизнеса…

С большим количественным отставанием, подсчитал Даниэль Аракелян, следуют твиты о военных успехах ИГИЛ, казнях кяфиров (солдат армии Башара Асада, христиан, курдов) и, наконец, о жертвах среди мирного населения в результате авианалетов натовской коалиции и наступления сирийской армии. В конечном итоге все эти информационные сюжеты, говорит эксперт, дополняют друг друга и создают благостную картину для рядового мусульманина в любой точке планеты (зачастую, увы, не отягощенного глубокими знаниями об истинном исламе).

Еще в конце восьмидесятых американские ученые Ноам Хомски и Эдвард Херман создали теорию «информационных ловушек». Смысл ее в том, что любая идеология — это система взаимосвязанных идей, которая, однако, уже изначально основывается на заведомо искаженных допущениях к оценке реальности. Например, в разгар холодной войны пропаганда капиталистических стран демонизировала советскую систему, отрицая все ее плюсы, и, соответственно, наоборот — советской пропагандой демонизировался весь буржуазный мир.

Всецело использует эту модель и ИГИЛ. То есть молодой человек, который «цепляется» за его пропаганду, вскоре оказывается в своеобразном «коконе» из лживых идей, мифов и стереотипов. И пока государство опровергает один или два из них, пропагандистская машина ИГИЛ создает десятки и сотни новых фреймов…

Даниэль Аракелян предложил список практических рекомендаций, позволяющих противостоять пропаганде ИГИЛ. Ну, например, самый простой. На центральном телеканале демонстрируют видео казни заложника, его лицо заретушировано. То есть вроде как и эффекта агитпропа не должно быть. Но никто не «убирает» из саундтрека напевные суры из Корана, которые произносит палач, и не зарисовывает вязь на черных стягах.

Еще один способ борьбы — чтобы с протестной, пассионарной молодежью (а очевидно ведь, что именно она и попадается в лапы вербовщиков) исламские лидеры говорили на понятном языке. Поэтому на Северном Кавказе так нужны молодые, умные, яркие имамы — пропагандисты (но не радикальных, а государственных идей).

По итогам форума выработали длинный перечень практических рекомендаций, которые будут переданы в аппарат полпреда Сергея Меликова. Ведь борьбу с «Исламским государством» он сегодня провозгласил и одной из своих главных задач — как политика и как гражданина. Сдюжил бы…

Антон Чаблин

520
Комментарии
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Введите код
Защита от спама
Загрузка...