Понедельник, 5 декабря 2016
Сделать стартовой


Легенды и мифы современной Грузии

Легенды и мифы современной Грузии


Давно вроде бы отвык чему-либо удивляться, но то, что услышал позавчера вечером, ввело меня, без преувеличения, в ступор…

Может, дело было еще и в контрасте. Я приехал домой с семьей и соседями с маленькими детьми с площади Свободы, где в тот вечер проходило театрализованное представление с элементами реконструкции событий закончившейся ровно 22 года назад грузино-абхазской войны – начиная с первых боестолкновений на Белом и Красном мосту в Сухуме войск Госсовета Грузии и полка внутренних войск Абхазии. В постановке были задействованы танк, движущаяся установка, изображавшая горящий танк, над заполненной зрителями площадью кружил вертолет… Да, насколько все же лучше «играть в войнушку», чем участвовать в реальной войне!..

А потом, во время концерта, мы большой компанией прогуливались по площади. Мои соседи – уже не юнцы, но, тем не менее, все они родились после 1978-го, и я рассказывал им о том, как стоял здесь 22 мая того года среди двадцати тысяч абхазов, съехавшихся сюда со всех уголков Абхазии, как пытался выступить перед нами Шеварднадзе, но ему не дали договорить, как некоторые, самые упрямые, продолжали стоять здесь до утра… Рассказывал и о более поздних народных сходах, собиравшихся здесь по разным причинам. О том, как в 1989 году с противоположной стороны прилегающего к площади парка проходил многочисленный митинг грузинского населения, ораторы на котором, выступая с балкона частного дома, клеймили «апсуа-сепаратистов»…

Когда приехал домой, было уже примерно без десяти девять, но, включив нетбук, решил все же послушать окончание выпуска «Эхо Кавказа». Как раз начиналось взятое в Тбилиси интервью с капитаном медицинской службы в отставке, кавалером ордена Вахтанга Горгасали Дмитрием Кипиани, который до войны работал в отделении реанимации нейрохирургического центра Минздрава Абхазии, а после начала боевых действий как практикующий врач-реаниматолог отправился на передовую спасать раненых…


Знаете, если бы я услышал обычное в таких случаях «мы были правы, а они неправы», даже словосочетания «абхазские бандиты» и «грузинские воины», то воспринял бы это достаточно спокойно. Так устроено, увы, восприятие большинства людей, что пули, которые летят «в наших», – злодейские, а которые летят «в них», – справедливые. Но позавчера мне сразу вспомнилось чеховское рассуждение о том, что есть склад мышления, согласно которому «дважды два – пять», а есть «дважды два – стеариновая свечка». Судя по воспоминаниям Дмитрия Кипиани, тогда, 22-23 года назад, «никакого межэтнического конфликта изначально не было». На самом деле, говорил он, в стране тогда была гражданская война, которая шла между грузинским национально-освободительным движением, добившимся к тому времени независимости и выхода из СССР, и партийно-воровской номенклатурой, которая представляла в Советском Союзе власть. «Это была именно гражданская война, и то, что она перешла на территорию Абхазии, в принципе, неудивительно, потому что вся Грузия была втянута в эти процессы»…

На самом деле так называемая гражданская война в центре Тбилиси действительно имела место на рубеже 1991-1992 годов, а затем, после бегства из Грузии Звиада Гамсахурдиа, перекинулась в Мегрелию, ставшую оплотом свергнутого первого грузинского президента. Но к войне, вспыхнувшей в Абхазии 14 августа 92-го, она не имела никакого отношения, если не считать, что сыграла роль фитиля, поднесенного к бочке с порохом копившихся больше века грузино-абхазских противоречий. Вообще-то, абхазам до внутригрузинских разборок было тогда «фиолетово», но, если исходить из логики господина Кипиани, который, судя по его интервью, был тогда, как и большинство грузинского населения Абхазии, ярым звиадистом, абхазы должны были бы воевать на стороне «партийно-воровской номенклатуры» – Шеварднадзе-Китовани-Иоселиани. Рехнуться можно…

Дальше – больше. Город Гагра осенью 92-го, оказывается, «был взят непосредственно российскими военными формированиями. И всем тогда стало ясно, что эта гражданская война фактически превращается в войну России против Грузии, которая в тот момент объявила о своей независимости». Правда, Советский Союз распался еще в декабре 91-го и тогда же независимость автоматически получили все бывшие союзные республики. Включая и Грузию, перепуганный лидер которой Гамсахурдиа до этого, в августе, успел присягнуть ГКЧП. А когда в октябре 92-го абхазские силы взяли Гагру, грузинские СМИ о чем только не кричали, но вот до того, что это сделали российские военные формирования (выдвинувшись из-за Псоу?), тогда почему-то никто не додумался…

Собственно, наглядное представление об ориентации Кипиани в пространстве дают его воспоминания о том, как началась война: «В городе Сухуми война для меня началась большим шоком, я в тот момент находился в городе, раздались выстрелы тяжелых пулеметов с танков. Я не знаю, кто тогда куда и в кого стрелял, но это был большой шок».

Что касается трупов бойцов, воевавших против грузин, то, судя по свидетельству Кипиани, это были сплошь россияне. Я невольно представил себе встречу и общение его с оставшимися сегодня в живых матерями погибших абхазских бойцов…

В принципе, интервью абсолютно созвучно господствующим сегодня в грузинском обществе представлениям. (По аналогии с «Легендами и мифами Древней Греции» это можно назвать «Легендами и мифами современной Грузии».) И я бы несильно удивился, услышав нечто подобное из уст какого-нибудь школяра или студента, повторяющего то, что в него вложили, или грузина возраста Кипиани, никогда не бывавшего в Абхазии, или представителя агитпропа, у которого профессия такая… Но ведь вспоминает непосредственный свидетель и даже участник событий. Как же, мол, ему не поверить? Ощущение было такое, что ты проснулся поутру, и тебе начинают «по приколу» рассказывать о том, что ты якобы делал вчера, совершенно отличное от реалий. Очевидно, и 20-тысячный сход 1978 года в Сухуме мне приснился, и кровавый июль 1989-го? Но при этом Кипиани, похоже, искренне верит в то, что говорит. Как такое может быть? Я довольно долго думал над этой психологической головоломкой и пришел в итоге к такой совокупности объяснений.

Первое. Дмитрий Кипиани, вполне можно допустить, – хороший медик и смелый (раз сам отправился на войну) человек, но человек, который был погружен в свою профессию и имел весьма приблизительное представление о происходивших вокруг политических событиях. Я не удивлюсь, если он и сегодня не знает об абхазских выступлениях 1957, 1967, 1978 годов и лишь что-то слышал о Лыхненском обращении 1989 года. Впрочем, если ему об этом расскажут, он, по-видимому, без раздумий ответит, что все это было инспирировано Москвой. (Ну да, конечно, ведь сами абхазы очень ностальгировали по сталинско-бериевским временам, когда абхазских детей переводили на грузинский язык обучения, и, конечно, авторов «абхазских писем» исключали из партии и снимали с работы понарошку.) Впрочем, до конца восьмидесятых годов в жизни советской Абхазии соседствовали как глубинные грузино-абхазские противоречия, прорывавшиеся наружу лишь время от времени, так и внешнее интернациональное благополучие. Дмитрий, который произнес в интервью: «И я сам рос среди абхазов, я каждое лето проводил в абхазской деревне» – похоже, с первым просто не соприкасался. Таких людей было, кстати, немало.

Второе. Человеческой памяти свойственно с течением времени освобождаться от «лишнего», не вписывающегося в схему.

И третье. То, что он привык слышать вокруг себя сейчас, наверняка формирует представление о том, как надо говорить, чтобы не выглядеть белой вороной, причем зачастую это происходит помимо сознания.

Когда заходит речь о возможности ПРИМИРЕНИЯ абхазов и грузин, мне первым делом, конечно, хочется спросить: на чьих условиях? Но сейчас задумался о другом – чтобы стороны могли хотя бы слышать друг друга, надо прежде всего отказаться от лжи, с которой кое-кому, понимаю, легче жить.

Грузины и абхазы не первые и не последние на планете народы, между которыми произошла ссора из-за земли. Надо из этого и исходить. Но каково человеку в здравом уме и твердой памяти, с которым хотят о чем-то договориться, но при этом начинают его исступленно убеждать, «впаривать» ему, что на самом деле он вчера находился под гипнозом и не ведал, что творит, что им управляют, что он всего лишь бездушная марионетка? Подумайте, господа, об этом.

Виталий Шария


Источник:
321
Комментарии
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Введите код
Защита от спама
Загрузка...