Понедельник, 5 декабря 2016
Сделать стартовой


Дербент: скомканный юбилей

Дербент: скомканный юбилей

Есть пронзительные строки у Геннадия Шпаликова: «По несчастью или к счастью,/ Истина проста:/ Никогда не возвращайся/ В прежние места...» А вот я решила рискнуть и вернуться в город моего детства, где жила тетя Катя - мамина сестра, где я проводила почти каждое лето. Помню, как заплывала далеко в море и любовалась  оттуда древней крепостью Нарын-кала, гордо возвышающейся на склоне, как страж, охраняющий город. Дом тети примыкал прямо к крепостной стене. Старинную кладку слегка заштукатурили, но очертания огромных валунов проглядывали даже сквозь побелку. Лежанка, на которой тетя  стелила  мне постель, была прямо возле этой стены, и я, засыпая, гладила древние камни, представляя события прошлого, свидетелями которых были эти шершавые валуны.

Поэтому, узнав о юбилее города, я решила непременно туда поехать, несмотря на расходы (поездка была за свой счет). Рано утром села на маршрутку, направляющуюся в Махачкалу. Водителем оказалась энергичная молодая чеченка Луиза, опровергающая избитые представления о кавказских женщинах как о робких, забитых существах. Она уверенно вела свой старенький микроавтобус по трассе, соединяющей  несколько республик: Северную Осетию-Аланию, Чечню, Дагестан. Встречные гаишники радостно улыбались Луизе, и она кивала им в ответ. Действительно, нечасто увидишь за рулем женщину, да еще такую обаятельную.

Дорога пролегала мимо старинных казачьих станиц - Ищерская, Мекенская, Гребенская, Капустино, Червленная, Старо-Щедринская, Шелковская. Этот казачий край воспевали в своих стихах Пушкин и Лермонтов. Повесть «Казаки» Лев Толстой писал именно тут, восхищаясь гордыми и красивыми гребенскими казаками. Но после того как  Хрущев в 1957 году передал эти исконно казачьи районы из Ставропольского края в состав Чечено-Ингушской АССР, началось притеснение, вытеснение русского населения. А события начала 90-х годов сравнимы с истреблением сербов в Косово.

Сейчас о русском присутствии мало что напоминает - традиционные казачьи домики изредка мелькнут в глубине дворов с коваными воротами в традиционном чеченском стиле. Да еще кое-где можно увидеть русские кладбища. Правда, в станице Наурской строится большой православный храм, освещение которого состоится в ближайшее время. Но русских жителей, казаков, несмотря на поддержку со стороны нынешнего  руководства республики, с каждым годом становится все меньше.

На федеральном уровне массовый исход русских - не только из Чечни, но изо всех северокавказских республик - как будто не замечают. Хотя давно назрела необходимость принятия специальной программы по сохранению русского присутствия на Северном Кавказе, да и в других национальных республиках. Поскольку давно подмечено: в регионы, откуда уходят русские, приходит война. Русские издревле живут на Кавказе, они не пришлые в этих краях, и всегда были объединяющей, стабилизирующей силой. А те, кто этого не понимают, пожалеют о своей недальновидности.

В Махачкале сейчас почти не увидишь русских лиц. А ведь это поселение было основано в 1844 году как русское военное укрепление Петровское. В 1857 году оно получило статус города и название Портовый город Петровск. По преданию, во время  Персидского похода  1722 года в Дербенте находился лагерь войска Петра I. Здесь было немало казачьих станиц.

После распада Союза русские массово начали выезжать с Кавказа, зачастую по экономическим причинам. Раньше в республике было много заводов, фабрик, колхозов, где трудились люди разных национальностей. Люди были заняты на высокотехнологических производствах, и вдруг оказались без работы и средств к существованию.  Выталкивает людей из республик и бытовой национализм, уровень которого в Дагестане, благодаря историческому объединению десятков народов, живущих на этой земле, все же ниже, чем в соседних республиках.  К тому же, еще с советских времен здесь существовало пропорциональное распределение руководящих постов и  депутатских мест между основными национальными группами Дагестана. Такой практики, очень мудрой и правильной, нет больше нигде в национальных республиках, из-за чего доступ русским и другим «нетитульным нациям»  в местные парламенты и на руководящие посты практически закрыт, поскольку им трудно конкурировать с более сплоченными и организованными местными кланами.

Не видя перспектив, русское население, прежде всего, молодежь, покидает регион. В Дагестане этот процесс пытались приостановить. Здесь ценят русских специалистов и отдают дань уважения нашей общей истории. На проспекте Петра I в Махачкале вижу портретную аллею Героев Советского Союза - выходцев из Дагестана, среди которых представители разных национальностей и немало русских фамилий.

После того как в середине 90-х кремлевское руководство вдруг решило, что квотирование по национальному признаку не отвечает «демократическим принципам»,  начались перекосы в кадровой политике. Нарастает недовольство среди основных национальных групп, уменьшивших свое представительство в законодательной и исполнительной власти. 

Юбилей Дербента тоже расколол общественное мнение. Согласно многим исследованиям, поселение на месте нынешнего города насчитывает не одну тысячу лет. Первые поселения возникли здесь в эпоху ранней бронзы - в конце 4 тысячелетия до н.э. Первое упоминание «Каспийских ворот» (Дербент в переводе с персидского - «запертые ворота») относится к шестому веку до н.э. Его упоминал известный древнегреческий географ Гекатей Милетский. Современный город был основан в 438 году н. э. как персидская крепость, состоящая из расположенной на холме цитадели (Нарын-кала) и двух идущих от неё к морю каменных стен, которые запирали узкий (3 км) проход между морем и горами Кавказа и ограждали с севера и юга территорию города. Древнегреческий историк Геродот одним из первых приводит сведения о «Дербентском проходе» в V в. до н.э. Огромный интерес к городу проявляла империя Селевкидов, первая экспедиция которой была организована при Селевке (290-281 гг. до н.э). В 66-65 гг. до н.э. осуществляются военные походы Лукулла и Помпея на Кавказ, одной из главных целей которых был захват Дербента. 

По сути, это один из древнейших городов не только России, но и всего мира, ровесник египетских пирамид. О богатой истории Дербента написано немало научных трактатов. Но, вопреки выводам историков, было принято решение о праздновании 2000-летия города вместо 5000-летия, как считает известный археолог Алексей Кудрявцев (вопрос о возрасте города откровенно политизирован; аргументы сторонников нынешней юбилейной даты можно посмотреть, например, здесь - прим.). 

Отсюда началось распространение христианства, полагает Кудрявцев. «Если следовать письменным источникам, а именно сообщению албанского историка VII века Моисея Каганкатваци, то христианство на Восточном Кавказе распространялось еще в апостольские времена, то есть еще в I веке, - полагает он. - Согласно источнику, Кавказская Албанская церковь была апостольской, то есть она была основана учениками Христа. В частности, если говорить о Восточном Кавказе, - это территории сегодняшнего Азербайджана - то там распространял христианство один из двенадцати апостолов Варфоломей. После мученической смерти Варфоломея его ученик Елисей отправился в Иерусалим, где попросил у брата Иисуса Христа Иакова разрешения назначить его епископом именно на Восточном и Северо-Восточном Кавказе. По данным источника, на обратном пути Елисей не зашел ни в один религиозный центр Азербайджана, а направился в Южный Дагестан и прибыл в город Дербент. Дербент тогда называли Чога, Чор (Чол). Елисей пришел и проповедовал в Чоре. Это 60-62 год нашей эры… На сегодняшний день мы имеем данные письменных источников, подтверждающих, что Дербент был одним из крупнейших христианских центров. Более того, можно сказать, что в V - первой половине VI веков тут была резиденция главы всей Албанской церкви - католикоса, аналогично современному патриарху. Примерно в 551 году престол католикосов был перенесен в Портав - административную столицу Кавказской Албании. Но Дербент продолжает оставаться одним из крупнейших христианских центров, где до нашего времени сохранились памятники христианского строительства. Например, предполагается что Джума-мечеть - самая древняя мечеть СНГ и одна из древнейших в мире - в VI веке была большим христианским храмом. Это обычная практика - когда приходит другая религия, какие-то религиозные постройки перестраиваются согласно новым верованиям».

По мнению Кудрявцева, как и некоторых других историков, официальный возраст Дербента сильно занижен.  Город и крепость насчитывают, как минимум, пять тысяч лет, считают они, хотя во время раскопок здесь были обнаружены и более древние артефакты. Это город трех религий, где живут представители почти 60 национальностей.  Город поистине уникальный, неповторимый. И решение о снижении  возраста города сразу на несколько тысячелетий выглядит странно, необъяснимо. Обычно народы стремятся  добавить своей истории побольше веков, а здесь произошла подмена в обратную сторону, и люди очень недовольны таким решением.

Не нравится дербентцам и то, как были потрачены деньги, выделенные на празднование юбилея. Вместо озеленения - массовые вырубки деревьев, и так с трудом растущих на скалистой почве. Вместо бережной реконструкции древней крепости - дешевый новодел, буквально обезобразивший древнюю святыню. 

Крайне неудачно были организованы и сами торжества. Небольшая площадь Свободы в центре города, где были развернуты национальные павильоны и установлена главная сцена для выступления народных коллективов, изначально не могла вместить всех желающих. Полицейские патрули с утра перекрыли площадь, и людей пропускали через две узкие рамки-металлоискатели, что, конечно, оправдано в условиях террористической угрозы, но спровоцировало давку. А ведь можно было поставить побольше рамок, не создавая столпотворение.

Люди пришли на площадь с радостным настроением, красиво одетые, привели детей - и попали в людской  водоворот. Дети плакали, старики стонали, будучи сдавленными со всех сторон. Под жарким солнцем (а погода в этот день выдалась  на славу) многим становилось дурно, но для пострадавших не было даже питьевой воды. С каждым часом очередь возле пропускных рамок росла, поневоле навевая сравнение с «игольным ушком», в которое превращается вход в рай для богатых. А тут в роли пострадавших оказались жители города и окрестностей, многочисленные гости, приехавшие на торжества. Даже журналистская аккредитация не давала никаких преимуществ.

Лишь спустя час, да и то не без помощи молодого полицейского, сжалившегося надо мной, удалось попасть на площадь. Хотя и там возле каждого павильона толпились люди, и было непросто пробиться к народным мастерам, демонстрировавшим свое искусство: ковроткачества, обработки металла, гончарного промысла. Были развернуты и павильоны соседних республик - Чечни, Кабардино-Балкарии, Северной Осетии, Ставропольского края. Оттуда же приехали и танцевально-певческие коллективы, выступавшие на сцене. А вот руководителей субъектов было немного, что довольно странно.

Вечером внутри крепости проходило музыкально-театрализованное представление, на которое тоже было непросто попасть. Внизу огромной, уходящей ввысь каменной лестницы, ведущей к крепости, меня, как и других приглашенных, внимательно осмотрели полицейские. Нужно было пройти и через рамку металлоискателя. Но вдруг, уже на самом верху, где так же была установлена пропускная рамка, патруль перекрыл проход. Среди тех, кто был заблокирован наверху, оказались и артисты национального танцевального коллектива в ярких костюмах, а также целая делегация из Калмыкии, где были и министры, и главы районов. Не могли попасть в крепость и журналисты, и школьники-волонтеры, которым за их бесплатный труд пообещали пропуск на концерт. Люди были возмущены подобным отношением, требовали пригласить начальство, но лишь спустя  почти час полицейские все же стали пропускать людей.  Настроение было испорчено напрочь. А внизу толпились люди, у которых не оказалось специального приглашения. 

Концерт, в целом, был красочным и ярким, завершился многоцветным салютом  над древней крепостью.  Хотя люди ждали салюта и с моря, но его не было. Дагестанская журналистка, которая делал фоторепортаж с места событий, тоже была огорчена - не ожидала такой организации торжеств.

Непросто было и с размещением в городе. Гостиница, в которой я поселились, оказалась частным мини-отелем, хозяйка которого заломила просто нереальную цену, сопоставимую с московской.  Она  призналась, что цены взлетели аккурат к юбилею, а потом снова упадут. Но и сам номер, и уровень обслуживания были явно несоизмеримы с ценой. Увы, гостиничный сервис в Дагестане по-прежнему не на высоте. А ведь регион удивительный: теплое море, горы, богатейшая история. Конечно, до Крыма и Сочи далеко, но, при должном отношении Дагестан, как и весь Северный Кавказ, мог бы занять свою нишу в турсекторе. Но пока изменений в этой сфере не заметно - все ограничивается лишь разговорами  о необходимости «развивать туристический кластер».

И даже такое важное событие, как юбилей города, не было использовано для должного развития. Не порадовали цены на местном рынке и на федеральной трассе - фрукты и овощи были очень дорогими. Местный фермер Магомед пожаловался, что не может сдать урожай винограда даже по 15 рублей за килограмм. Такую же цену установили перекупщики и для персиков. При этом на рынке тот же виноград дороже в шесть, а персики - в 8 раз! Но миновать перекупщиков, чтобы напрямую поставлять  сельхозпродукции на рынки и в торговые сети, нереально.

Жалуются люди и на отсутствие работы. В советское время Дагестан был развитым промышленным центром, но сейчас от индустриального величия почти ничего не осталось. Вместо фабрик и заводов - сплошные торговые точки. Но где брать деньги, чтобы отовариваться в этих дорогих бутиках? В республике много трудоспособной молодежи, которая может и готова работать, да негде. Отсюда и пополнение террористических группировок, куда молодежь вовлекают обещаниями хороших заработков. Повсюду можно увидеть молодых бородачей,  девушек в глухих хиджабах, чего в советское время не было.

Развал Союза оказался губительным для всей страны, но по Северному Кавказу ударил особенно больно. На Кавказе очень обострено чувство социальной  справедливости, и ее отсутствие толкает молодежь в экстремистские группировки, где она надеется найти утраченные идеалы.  Проблем в регионе накопилось немало, но в рамках нынешней либерально-рыночной модели их решение невозможно. Пора менять вектор развития, возрождая лучшие наработки прошлого. Хотя это пока лишь несбыточная мечта. 

…Город своего детства, Дербент, я покидала с легкой грустью. К сожалению, так и не удалось искупаться в море. И радостного настроения от празднования не возникло. «Путешествие в обратно/ Я бы запретил,/ И прошу тебя, как брата,/ Душу не мути». Путешествия «в обратно» не получилось. Но и путь в будущее теряется в тумане. Есть силы, стремящиеся оторвать Дагестан от России. Пока что их замыслы терпят фиаско. Но это не дает повода расслабляться и думать, что так будет всегда. Надо не на словах, а на деле бороться за сохранение страны - она у нас одна, другой не будет.

485
Комментарии
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Введите код
Защита от спама
Загрузка...